happy_book_year (happy_book_year) wrote,
happy_book_year
happy_book_year

Category:

Ритмика и силлабика

Главное, что я узнал во время поездки в Пензу, что наша стихотворная модель – ритмическая, наследница немецкой поэзии. У поляков же модель иная – силлабическая. Или проще – силлабика. Я же всегда называл это, по незнанию, магией.

sredi_pe4alnih_bur

Лучшее моё книжное приобретение за последнее время. Польская поэзия в переводах Анатолия Гелескула.
Сейчас я покорен сновидческим стихотворением Адама Мицкевича.

СНИЛАСЬ ЗИМА

В Дрездене, в 1832 г марта 23, видел я сон, темный и для меня непонятный. Проснувшись, записал его стихами. Теперь, в 1840, переписываю для памяти.

Снилась зима, и по белым сугробам
Шли вереницами, словно за гробом;
Чудилось, будто идем к Иордану,
А в вышине отозвалось нежданно:
“Господу слава! Народ, к Иордану!”
И впереди меня пара за парой
Двигались люди – и малый и старый –
В белой одежде и цвета печали;
Слева шли в черном и свечи держали,
Как золотые точеные стрелы;
Пламенем долу – и пламя горело.
А шедшие в белом
Справа цветы проносили, как свечи,
Шли без огней и терялись далече;
Глянул на лица – знакомых немало,
Все как из снега – и страшно мне стало.
Кто-то отстал; в пелене погребальной
Взгляд засветился – женский, печальный.
Выбежал мальчик, догнал меня сзади
И заклинает подать Христа ради.
Дал ему грош – она два ему тянет,
Сколько ни дам – она вдвое достанет;
Нас обступают, мы золото мечем,
Шарим – кто больше; дарить уже нечем –
Стыд нестерпимый! “Отдай им обратно, –
Слышно вокруг. – Пошутили, и ладно!”
Мальчик кивает: “Берите, кто жадный”.
Но повернулся я к той, белорукой, –
Перекрестила, как перед разлукой.
Вспыхнуло солнце и снег озарило,
Но не сошел он, а взмыл белокрыло
И полетел караваном гусиным –
И все вокруг стало теплым и синим!
Запах Италии хлынул жасмином,
Веяло розами над Палатином.
И Ева предстала
Под белизной своего покрывала,
Та, что в Альбано меня чаровала, –
И среди бабочек, в дымке весенней,
Было лицо ее как Вознесенье,
Словно в полете, уже неземная,
Глянула в озеро, взгляд окуная,
И загляделась, не дрогнут ресницы,
Смотрит, как будто сама себе снится,
И, отраженная той синевою,
Трогает розу рукой снеговою.
Силюсь шагнуть – и не чувствую тела,
Речь на раскрытых губах онемела,
Сонное счастье, отрада ночная!
Кто о ней скажет и есть ли иная
Слаще и слезней? От яви палящей
Сон исцеляет, как месяц над чащей…
Молча приблизился, взял ее руку,
И поглядели мы в очи друг другу –
И не видал я печальнее взгляда.
Молвил: “Сестра моя! Что за отрада
Снится во взгляде твоем невеселом –
Словно иду полутемным костелом!”
Оборотилась с улыбкою детской:
“Прочит меня за другого отец мой,
Но ведь недаром я ласточкой стала –
Видел бы только, куда я летала!
А полечу еще дальше, к восходу,
В Немане крыльями вспенивать воду;
Встречу друзей твоих – тяжек был хмель их:
Все по костелам лежат в подземельях.
В гости слетаю к лесам и озерам,
Травы спрошу, побеседую с бором:
Крепко хранит тебя память лесная. –
Все, что творил, где бывал, разузнаю”.
Тихо я слушал – и, полный загадок,
Был ее голос понятен и сладок.
Слушал – и сам себя видел крылатым
И умолял ее взять меня братом.
Но защемило от давней тревоги,
Что же расскажут лесные дороги.
И, вспоминая свой путь легковерный
С буйством порывов и пятнами скверны,
Знала душа, разрываясь на части,
Что недостойна ни неба, ни счастья.
И увидал я – летит над водою
Белая ласточка с черной ордою:
Сосны и липы явились за мною,
Ветка за веткой – вина за виною…
К небу лицом я проснулся от муки –
Как у покойника, сложены руки.
Сон мой был тихим. И в рани белесой
Все еще пахли Италией слезы,
Все еще теплили запах жасмина,
И гор Албанских, и роз Палатина.

Стихи эти писались, как приходили, без замысла и поправок.

http://happybookyear.ru
Tags: Мицкевич Адам
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments