Category: история

мир с книгой

2. Илья Масодов, “Мрак твоих глаз”

Кто бы мог подумать, что одно из самых красивых произведений “нулевых” будет про расчленёнку, некрофилию и педофилию. И, конечно, про любовь. Нашумевшую трилогию Масодова мне советовали неоднократно. Причем косвенно я всё разузнал, а сами тексты откладывал на потом, да на потом. Что ж, вот и наступило светлое будущее.


Collapse )http://happybookyear.ru
мир с книгой

Жан-Пьер Жибра/Jean-Pierre Gibrat

На следующей неделе в Москву приезжает Жан-Пьер Жибра, чтобы встретиться с читателями и провести мастер-класс для художников. А потому, мне захотелось немного рассказать о нём. Встреча начнется 28 сентября в 18-00 в центре комиксов, подробности смотрите на афишке.</p>

Жан Пьер Жибра Jean-Pierre Gibrat

Жан-Пьер Жибра (Jean-Pierre Gibrat) родился 14 апреля 1954 года в Париже. В городе, который, в конце концов, он сделает равноправным персонажем своих историй. Но это будет позже. Прежде чем заняться комиксами он, дитя вполне спокойной «бюргерской» среды, много учится. Его главным увлечением была история. Однако в начале, в 70-х он получает степень бакалавра философии, после чего обучается графическому дизайну и прикладывает полученные знания в области рекламы, и только в период с 1975 по 1977 годы уже полностью посвящает себя изучению изобразительного искусства.

Жан Пьер Жибра Jean-Pierre Gibrat

В 1977 году его первые работы, короткие истории, появляются в журнале «Pilote», знаковом для французского комикса. Этот журнал был основан в 1959 году рядом комиксистов (художников, сценаристов) и издателей, среди которых были и Рене Госсини с Альбером Удерзо – создатели историй о неунывающих галлах Астериксе и Обеликсе, ставших символами Франции.

Первые комиксы Жибра создает в соавторстве с Жаки Берройе (Jackie Berroyer), с которым образует творческий тандем. Вместе они будут писать вплоть до 1985 года, и самой успешной станет очаровательная серия работ о Париже и парижанах, названная предельно просто и понятно – «Парижане».

Жан Пьер Жибра Jean-Pierre Gibrat

После того, как творческий союз расходится, Жибра сотрудничает со сценаристом Дэни Савалем. В 1985-м выходят две книги «Приключения Заза» и «Годару повезло». Годар – главный герой «парижанского» цикла. Что отличает работы Жан-Пьера Жибра, так это удивительно красивый акварельный рисунок (Прим. – однако при личной встречи с читателями мэтр развеял это заблуждение. Он работает акриловой тушью, которая создает похожий эффект, но гораздо более удобна, чем акварель – хорошо сохнет и позволяет наносить слой за слоем, не «размачивая» предыдущий, как получается с акваерлью) и очень душевное повествование, граничащее с душевной интимностью. Даже его отрицательные персонажи не лишены обаяния. Неоднозначные, с моральной точки зрения герои, вообще станут, в последствии его «визитной карточкой». А говоря проще, они просто люди – со всеми присущими им слабостями, но и способные на прекрасное. Как думаю, и каждый из нас. Каждый из нас – удивительный коктейль (а может компост) из Ада и Рая.

Жан Пьер Жибра Jean-Pierre Gibrat

Перескочить к основному периоду Жибра, сольному, легко не получится. Т.к. альбомов без соавторства у него немного. В 1991 году выходит комикс «Миссия в Таиланд». Из трилогии приключенческий «Миссий» (в Африке, и Гватемале), лишь эту Жибра пишет полностью сам.

Жан Пьер Жибра Jean-Pierre Gibrat

В 1995 году, в соавторстве с Леруа, создается альбом Пиноккия (Pinocchia), который до сих пор аукается Жан-Пьеру. Это порнографическое переосмысление старой сказки, сильно в духе Мило Манары (можно сравнить со знаменитой «Гуливерой»). Журналисты особенно любят припоминать эту порочную эротическую историю сегодня, когда Жибра мэтр. Художник вспоминает о ней со смешанными чувствами, но не теряет фирменной улыбки и чувства юмора. «Может ли «Пиноккия» быть написана сегодня?» – спрашивает Жибра один журналист. «О, нет,» – отвечает художник, – «Мне стыдно даже говорить об этом. Сама история была очень неудачной, несмотря на замечательную задумку. Но она стала тем, чем могла бы. Я хочу рассказывать эротические истории в реальном измерении, так, как это происходит на самом деле, в жизни«.

Жан Пьер Жибра Jean-Pierre Gibrat

Тут-то мы и подойдем в главным работам Жибра, авторским, своеобразной дилогии из четырех томов. Это сделавшие его звездой первой величины «Отсрочка» и «Полет ворона». В этих историях соединились два главных мотива его творчества – история и эротизм любви. Если «Пиннокия» была порнографичной, то в «Отсрочке» и «Полете ворона» Жибра заводит читателя очень по-бунински. Дьявол страсти в деталях! Все эти оголившиеся плечики, помятые платья и крохотные полоски чулок.

Жан Пьер Жибра Jean-Pierre Gibrat

«Отсрочка» и «Полет ворона» происходят в очень неоднозначный период французской истории, во время фашистской оккупации. Правительство Виши и Сопротивление. Моральный выбор. Спокойная жизнь, ценой равнодушия к мировому пожару. И на фоне этого натянутого, непростого момента, обычная жизнь. Помните, как было у Набокова. «Революцию не заметил, я был влюблен».

Жан Пьер Жибра Jean-Pierre Gibrat

Герой «Отсрочки» молодой человек Жюльен подлежит мобилизации в трудовые отряды, но удачно скрывается от властей. К тому же, поезд, на котором он должен был быть отправлен на работы, уничтожают, его считают погибшим. Он скрывается в заброшенной голубятне в родном крохотном Камбейраке. Но разве тонкие деревянные стены надежный бастион для бурной молодой крови? Тем более, что он встречает её, Сесилию. Да-да, все очень по-французски. Cherche la femme!

Жан Пьер Жибра Jean-Pierre Gibrat

В «Полете ворона» ни время, ни коллизия особенно не изменяются. Франция, Франсис (сестра Сесилии из «Отсрочки», а по сути почти тот же персонаж) и Жан. 1944 год. Меняется лишь обстоятельство места. Вместо провинции – блистательный Париж! «В течении нескольких лет я мечтал сделать серию акварелей Парижа. Выбирая места, я баловал сам себя. Крыши Парижа, канал Сен-Мартен, баржи, пришвартованные у берегов Сены. Мне было очень важно найти и показать Париж именно с таких точек, о которых не знают и сами парижане».

Жан Пьер Жибра Jean-Pierre Gibrat

Здесь, вот именно в этой работе, в «Полете ворона», Париж становится равноправным персонажем, аккомпанируя истории любви двух молодых людей. Но не забываем про конфликты. С ругани, вообще-то, начинается знакомство наших героев. А Жан пусть и обаятельный, но временами подонок.

Жан Пьер Жибра Jean-Pierre Gibrat

Важно ли, что обе эти истории происходят в период оккупации? Несомненно. Но важна ли война, сопротивление? Да. Но это лишь фон, чтобы показать, как люди совсем не делятся на однозначно плохих и однозначно хороших. И именно об этом Жан-Пьер Жибра говорит с особенным мастерством!

Жан Пьер Жибра Jean-Pierre Gibrat

Последней, на данный момент, работой Жана-Пьера Жибра, стала дилогия о Маттео, в которой рассказывается уже о Первой мировой. Первый том, озаглавленный «Первый период (1914-1915)» вышел в 2008 году, второй, достаточно свежий, в 2010 – «Второй период (1917-1918)»

Жан Пьер Жибра Jean-Pierre Gibrat

Ну, а в завершении, я всего лишь напоминаю. 28 сентября, 18-00, в здании библиотеки на Преображенской площади, встреча с великолепным художником и писателем!

Если же вы хотите почитать его книги, то, пожалуйста, русский перевод выложен здесь. Вот «Отсрочка«, а вот и «Полет ворона«.

http://happybookyear.ru
мир с книгой

Крепость Коулун / Коулунская крепость / Kowloon Walled City

В «Идору» Уильяма Гибсона есть потрясающий образ – Крепость – город хакеров в сети, цифровое прибежище свободолюбивых маргиналов, изумительный виртуальный Эльдорадо. Внешне Крепость выглядит, как дикое и хаотичное нагромождение кусков кода, скриптов, каких-то недоработанных изображений – будто монолитный ком всякого хлама. Уже во вступлении Гибсон рассказывает, что на его фантазию повлияли фотографии реальной Коулунской «крепости» (вернее Kowloon Walled City).
Крепость Коулун Коулунская крепость Kowloon Walled City Гибсон Идору
«– Они говорят, что все началось с общего килл-файла. Ты знаешь, что такое килл-файл?
– Нет.
– Очень древнее понятие. Способ уклоняться от нежелательной входящей корреспонденции. Килл-файл не пропускал эту корреспонденцию, она для тебя все равно что вообще не существовала. Это было давно, когда сеть была совсем еще молодая.
Кья знала, что, когда родилась ее мать, сети вообще не было или там почти не было, хотя, как любили говорить школьные учителя, такое даже трудно себе представить.
– А как могла эта штука стать городом? И почему там все так стиснуто?
– Кто-то загорелся идеей вывернуть килл-файл наизнанку. Ну ты понимаешь, это не то, как в действительности все было, а как это рассказывают: что люди, основавшие Хак-Нам, разозлились, потому что сперва в сети было очень свободно, можно было делать все, что ни захочешь, а потом пришли компании и правительства со своими соображениями, что тебе можно делать, а чего нельзя. Тогда эти люди, они нашли способ высвободить хоть что-то. Маленькую территорию, кусочек, клочок. Они сделали что-то вроде килл-файла на все, что им не нравилось, а сделавши, они вывернули его наизнанку».

Уильям Гибсон, «Идору»</p>

Настоящий же Коулун был интереснейшим артефактом китайско-британской дипломатии, с жутко запутанной административной историей. Изначально военный форт, после анклав, во второй половине двадцатого века – гротескный муравейник, кошмар перенаселения и криминальное государство из слепленных в ком многоэтажек.

От:
Крепость Коулун Коулунская крепость Kowloon Walled City Гибсон Идору

И до:
Крепость Коулун Коулунская крепость Kowloon Walled City Гибсон Идору

Не удивительно, что фотоснимки поразили воображение Гибсона. Во-первых, нелегко было поверить, что такое возможно. Во-вторых, Коулун идеально встраивался в систему образов писателя, все творчество которого подпитывается культур-шоком.
Крепость Коулун Коулунская крепость Kowloon Walled City Гибсон Идору

«– Крепость, – сказал Масахико, заметив направление ее взгляда. – А это моя комната. – Он перегнулся над столом и ткнул пальцем в одно из пятнышек. – Восьмой уровень.
– А там у вас что? – Кья указала на середину диаграммы.
– Черная дыра. В оригинале это было нечто вроде вентиляционной шахты. А ведь в Токио тоже есть черная дыра. Ты еще не видела?»

Уильям Гибсон, «Идору»
Крепость Коулун Коулунская крепость Kowloon Walled City Гибсон Идору

«…это место было таким же чужим и непонятным, как Крепость со всеми его окнами и закоулками…»
Уильям Гибсон, «Идору»
Крепость Коулун Коулунская крепость Kowloon Walled City Гибсон Идору

«– Крепость в сети, но ей не принадлежит. Здесь нет никаких законов, только договоренности», – пишет Гибсон, и в точности передает принципы, на которых базировалось социальное устройство города стен. Никаких «цивилизованных» отношений, все «только договоренности». С одной стороны, Коулун стал рассадником преступлений, проституции, наркомании. С другой, на внешних сторонах расцвели многообразием и количеством стоматологические клиники – услуги здесь были дешевле, но не менее качественными. Где-то я встретил воспоминания, что гонгконгцы часто ездили сюда, чтобы сэкономить на протезах.
Крепость Коулун Коулунская крепость Kowloon Walled City Гибсон Идору

В реальности, в 1994 году, после того, как Коулун перешел под полную юрисдикцию китайских властей, «язва» была уничтожена. На месте бывшего «темного пятна» разбит роскошный парк. Но Гибсон, наоборот, виртуальную Крепость, в конце своей книги, переносит в реальность. «Крепость растет. Взращивается. Из ткани берега, обломков и останков мира бывшего – мира, бывшего при прежнем порядке вещей. Из миллионов тонн хлама, ссыпанного сюда баржами и исполинскими грузовиками в ходе великой реконструкции. А теперь здесь суетятся крошечные жучки Родель ван Эрпа, суетятся, вознося железные клетки будущих комнат, бессчетные, беспорядочные окна, прорезающие серую пелену тумана девственно чистыми серебряными прямоугольниками. Продукт беспорядочного людского сошествия, чудовищный и великолепный, он воссоздается по образу и подобию своей вторичной, бесплотной версии».
Крепость Коулун Коулунская крепость Kowloon Walled City Гибсон Идору
Выше небольшой элемент схемы коулунского муравейника в разрезе. Хотите посмотреть детально? Пожалуйста. Оно того стоит.

Сегодня на месте этого:
Крепость Коулун Коулунская крепость Kowloon Walled City Гибсон Идору

Вот это:
Крепость Коулун Коулунская крепость Kowloon Walled City Гибсон Идору

Кстати, при демонтаже и разборах, сначала выселенного района, а затем на освободившейся площадке, китайские археологи нашли немало элементов того самого первого форта в прекрасном состоянии. Где-то они стали частью новых построек, где-то новые дома просто забрали их в «кокон».

Язва. Авгиевы конюшни. Черная дыра. Омут. Метастаза. И все же, чарующее место.
Крепость Коулун Коулунская крепость Kowloon Walled City Гибсон Идору

Подробнее об истории крепости Коулун можно прочитать здесь или в английском разделе Википедии, которая, все ж, таки прямая наследница гибсоновской «шизы».

http://happybookyear.ru
мир с книгой

Эдгар Алан По в иллюстрациях Артура Рэкхема

Вспоминаешь некоторые вещи и диву даешься. Вот мой папа и бабушка – два достаточно разных человека, а в вопросе о том, что 8-летнему сыну/внуку самое оно читать, пересказывать или вручать на чтение самому Эдгара Алана По – оба они были единодушны. Так что в детстве моем особый культ, статус, а следом и любящий уголок сердца был зарезервирован для мрачного американца. «Убийство на улице Морг», «Золотой жук», «Падение дома Ашером», «Ворон», «Сердце-обличитель», «Колодец и Маятник» и все остальные из незабвенных «Таинственных историй»/Tales of mystery & imagination.

Collapse )http://happybookyear.ru
мир с книгой

Книжные обложки на все времена. Часть 2

Пришло время продолжить тему, начатую в посте Книжные обложки на все времена. Часть 1. Там, как легко понять из названия, показывались обложки, признанные каноническими. С оговоркой, что это американское книгоиздание. С оговоркой, действительно – это одни из самых узнаваемых обложек. И без оговорки – это замечательные работы.

И начну я сегодня с филиппдиковского «Убика» по той простой причине, что хочется сделать приятное [info] yamadzaki.
книжный дизайн книжной обложки
Филипп Дик, «Убик». Обложка первого издания, 1969. Автор обложки Peter Rauch (как же правильно его перевести? Раух, Рауч?)

Collapse )
мир с книгой

Книжные обложки на все времена. Часть 1

Продолжаю тему дизайна книжной обложки, начатую в предыдущих постах: о дизайне книжных обложек 2010; и голосованием (кто еще не сделал, то присоединяйтесь!) за лучшие отечественные книжные обложки.

Я нашел вот следующую интересную подборку книжных обложек, признанных каноническими. И, правда, поспорить я с этим не смею, т.к. не держав ни одного, из именно таких изданий, я без труда узнаю их.

книжный дизайн канонические обложки
«Над пропастью во ржи», Джером Д. Сэллинджер
обложка создана Майклом Митчеллом для первого издания 1951-го года. Одна из самых узнаваемых книжных обложек. Экземпляр первого издания с автографом автора считается одним из редчайших библиофильских артефактов.

Collapse )http://happybookyear.ru
мир с книгой

Уильям Шекспир, «Король лев»

Т.к. Дмитрий Сергеевич на этой неделе заболел, то ему позволено с утра до вечера смотреть мультфильмы, в качестве морфия. Настоящим открытием для нас стал мультфильм «Король лев». Сам я не пересматривал его годы и годы, а оказалось, что это – не побоюсь – шедевр. Как нарисовано – отдельная песня. Дмитрию Сергеевичу так же понравилось очень – воображает себя львом: много рычит, прыгает, как только увидел в мультфильме сцену с вылизыванием – высунул язык и набросился на меня.

«Король лев 2″, к сожалению, оказался проходным мультфильмом, который, во-первых, нарисован гораздо хуже, во-вторых, практически повторяет конфликт и многие моменты первой части. Считаем, что его не было.

А вот «Король лев 3″ оказался, на удивление, картиной стоящей внимания. Взамен пафосу и драматике первой части – здоровый юмор, даже стеб.

И вот, что интересно – то, как избркульт (т.е. избранная культура) проникает в масскульт. Если «Король лев» часть первая – это вариация на тему шекспировского «Гамлета», то «Король лев 3″ – это вариация на «Розенкранц и Гильденстерн мертвы» Стоппарда.

P.S. А мандрил Рафики всегда лучше всех =)

http://happybookyear.ru
мир с книгой

9. Леонид Ильич Брежнев, «Малая земля»

«Летом 1987 года книги трилогии [Брежнева] были изъяты из книжных магазинов и списаны в макулатуру».
из википедии

И вот, тем же самым, замечательным, летом родился я. Не думаю, конечно, что эти события связаны, но открыв, по прочтении, справку в википедии о трилогии Брежнева, громко рассмеялся такому совпадению.

Перебирая оставшиеся мне от деда книги, отметил, что родственник мой твердо выполнял негласные заветы партии. «Малая земля» должна быть дома у каждого. Должен ли каждый ее прочесть – вопрос открытый. Новенькое издание 1978-го года с блестящей обложкой и без каких-либо признаков пользования доказывали, что к наказам мой дед подошел достаточно номинально.

Первое, что привлекло меня в книге, это – обложка. Монументальность аршинных букв, бело-красный крик, глянцевый блеск. Не открыть сочинение, о котором столько слышал (чаще анекдотов) было трудно. И я открыл.
Конечно, сегодня уже ни для кого не секрет, что трилогия была написана за Брежнева профессиональными журналистами. Так что сам текст замечательно читается, стилистически выдержан, грамотно интонирован и, вообще, радует. За «Малую землю» ответственен Аркадий Сахнин, публицист газеты «Известия».

«Малая земля» – «воспоминания Брежнева» о войне, которую будущий генсек провел в составе 18-ой армии, как начальник политотдела: «Черновой работы чурается. Военные знания весьма слабые. Многие вопросы решает как хозяйственник, а не как политработник. К людям относится не одинаково ровно. Склонен иметь любимчиков.
— Из характеристики в личном деле (1942)»(Википедия)

Однако, как «вспоминает» главный герой в «своих» мемуарах: «Так что и на мою долю из тех килограммов смертоносного металла тоже кое-что предназначалось». «Малая земля» – это условное название плацдарма, на мысе Мысхако, близ Новороссийска, где после удачной десантной операции 225 дней держались советские войска, и с которого началось освобождение Крыма. Говоря менее объективно, и более литературно – Малая земля стала отделение Ада на Земле, на срок в 225 дней. «Насыщенность событий на этом плацдарме была так велика, а бои столь жестоки и непрерывны, что, казалось, шли они не 225 дней, а целую вечность. И это все мы пережили».

«Начальник политотдела 18-й армии полковник Леонид Ильич Брежнев сорок раз приплывал на Малую Землю, а это было опасно, так как некоторые суда в пути подрывались на минах и гибли от прямых снарядов и авиационных бомб. Однажды сейнер, на котором плыл Брежнев, напоролся на мину, полковника выбросило в море… его подобрали матросы…
— С. А. Борзенко в статье «225 дней мужества и отваги» («Правда», 1943 год)»(Википедия)

Несмотря на канцелярит, который видно должен был придать книге стиль генсека, несмотря на обилие идеологических и агитационных пассажей во славу светлых идей коммунизма, «Малая земля» достаточно яркий и насыщенный рассказ о фронтовых буднях в самом пекле. И, даже не побоюсь сказать, местами захватывающее чтение! Опытный журналист Сахнин знал, как увлечь читателя. Поэтому в книге есть и яркие описания батальных сцен, и какая-то простецкая солдатская мудрость, ужасы и тяготы военной жизни, но и забавные «окопные» байки, трогающие за душу истории, как, например о двух закадычных друзьях, один из которых в честь 23-го дня рождения подарил 23 патрона из своего боезапаса (а скоро наступление, и с припасами напряженка) или о том, как на Малую землю доставили корову. Есть в книге и описания, которые мне очень понравились: «То далеко от нас, то ближе падали бомбы, поднимая огромные массы воды, и она, подсвеченная прожекторами и разноцветными огнями трассирующих нуль, сверкала всеми цветами радуги.[...] Если не знать, что метят в тебя, красота необыкновенная».

Не шучу, но если не читали и есть лишние полчаса, то эту тонюсенькую книжечку в 50 страниц, вполне можно «умять» с удовольствием развлечения ради.

Читать «воспоминания» Аркадия Сахнина
(под псевдонимом Леонид Ильич Брежнев)
«Малая земля»

P.S. «Возрождение» и «Целина» на очереди =)

http://happybookyear.ru
мир с книгой

9. Леонид Ильич Брежнев, "Малая земля"

"Летом 1987 года книги трилогии [Брежнева] были изъяты из книжных магазинов и списаны в макулатуру".
из википедии

И вот, тем же самым, замечательным, летом родился я. Не думаю, конечно, что эти события связаны, но открыв, по прочтении, справку в википедии о трилогии Брежнева, громко рассмеялся такому совпадению.

Перебирая оставшиеся мне от деда книги, отметил, что родственник мой твердо выполнял негласные заветы партии. "Малая земля" должна быть дома у каждого. Должен ли каждый ее прочесть - вопрос открытый. Новенькое издание 1978-го года с блестящей обложкой и без каких-либо признаков пользования доказывали, что к наказам мой дед подошел достаточно номинально.

Первое, что привлекло меня в книге, это - обложка. Монументальность аршинных букв, бело-красный крик, глянцевый блеск. Не открыть сочинение, о котором столько слышал (чаще анекдотов) было трудно. И я открыл.
Конечно, сегодня уже ни для кого не секрет, что трилогия была написана за Брежнева профессиональными журналистами. Так что сам текст замечательно читается, стилистически выдержан, грамотно интонирован и, вообще, радует. За "Малую землю" ответственен Аркадий Сахнин, публицист газеты "Известия".

"Малая земля" - "воспоминания Брежнева" о войне, которую будущий генсек провел в составе 18-ой армии, как начальник политотдела: "Черновой работы чурается. Военные знания весьма слабые. Многие вопросы решает как хозяйственник, а не как политработник. К людям относится не одинаково ровно. Склонен иметь любимчиков.
— Из характеристики в личном деле (1942)"(Википедия)


Однако, как "вспоминает" главный герой в "своих" мемуарах: "Так что и на мою долю из тех килограммов смертоносного металла тоже кое-что предназначалось". "Малая земля" - это условное название плацдарма, на мысе Мысхако, близ Новороссийска, где после удачной десантной операции 225 дней держались советские войска, и с которого началось освобождение Крыма. Говоря менее объективно, и более литературно - Малая земля стала отделение Ада на Земле, на срок в 225 дней. "Насыщенность событий на этом плацдарме была так велика, а бои столь жестоки и непрерывны, что, казалось, шли они не 225 дней, а целую вечность. И это все мы пережили".

"Начальник политотдела 18-й армии полковник Леонид Ильич Брежнев сорок раз приплывал на Малую Землю, а это было опасно, так как некоторые суда в пути подрывались на минах и гибли от прямых снарядов и авиационных бомб. Однажды сейнер, на котором плыл Брежнев, напоролся на мину, полковника выбросило в море… его подобрали матросы…
— С. А. Борзенко в статье «225 дней мужества и отваги» («Правда», 1943 год)"(Википедия)


Несмотря на канцелярит, который видно должен был придать книге стиль генсека, несмотря на обилие идеологических и агитационных пассажей во славу светлых идей коммунизма, "Малая земля" достаточно яркий и насыщенный рассказ о фронтовых буднях в самом пекле. И, даже не побоюсь сказать, местами захватывающее чтение! Опытный журналист Сахнин знал, как увлечь читателя. Поэтому в книге есть и яркие описания батальных сцен, и какая-то простецкая солдатская мудрость, ужасы и тяготы военной жизни, но и забавные "окопные" байки, трогающие за душу истории, как, например о двух закадычных друзьях, один из которых в честь 23-го дня рождения подарил 23 патрона из своего боезапаса (а скоро наступление, и с припасами напряженка) или о том, как на Малую землю доставили корову. Есть в книге и описания, которые мне очень понравились: "То далеко от нас, то ближе падали бомбы, поднимая огромные массы воды, и она, подсвеченная прожекторами и разноцветными огнями трассирующих нуль, сверкала всеми цветами радуги.[...] Если не знать, что метят в тебя, красота необыкновенная".

Не шучу, но если не читали и есть лишние полчаса, то эту тонюсенькую книжечку в 50 страниц, вполне можно "умять" с удовольствием развлечения ради.

Читать "воспоминания" Аркадия Сахнина
(под псевдонимом Леонид Ильич Брежнев)
"Малая земля"

P.S. "Возрождение" и "Целина" на очереди =)
алфавит

Самые известные портреты писателей

Благодаря книгам мы знаем о чем наш любимый писатель думал, что хотел рассказать, что любил, что ненавидел, и кого. А что с визуальным образом? Нам говорят Пушкин - и мы вспоминаем то ли портрет из кабинета литературы, репродукцию Кипренского, то ли гипсовый профиль со школьного "фронтона". Помните там был литературный "иконостас": Пушкин, Горький... Вот на Горьком один мой хороший друг и споткнулся, выдав на мой вопрос - кто это? - Сталин! Ну, похожи местами-усами, быть может, быть может.

Но, я о другом. Собственно в фейс мы знаем писателей, зачастую, всего лишь по одному самому известному портрету. А что можно сказать об этих портретах?

Collapse )

Писателей много, фотографий еще больше. Быть может еще продолжу.