Category: космос

Category was added automatically. Read all entries about "космос".

мир с книгой

Чарльз Бернс, «Черная дыра». Чужой отзыв

[info] igor_kunshenko написал, на мой взгляд, очень хороший отзыв на комикс Чарльза Бернса «Черная дыра«. И памятуя о том, что сам я не удостоил книги подробным отзывом, публикую очень, как мне кажется, верное видение Игоря.

Черно-белые картинки

ЧАРЛЬЗ БЕРНС Черная дыра. Графический роман.
Екатеринбург: Фабрика комиксов, 2010. 384 с.

бернс черная дыра комикс

Урок биологии в старших классах. Парнишке по имени Кит повезло, его посадили препарировать лягушку за одну парту с красавицей Крис. Весь в волнении от столь замечательного соседства Кит разрезает живот злосчастному земноводному и заглядывает внутрь, но вместо кишок видит «осколки стекла, дерьмо, куски пенопласта, пластмассовые вилки, обрывки старых журналов, конфетные обертки, окурки, смятые пивные банки». Нельзя исключать, что в распоротом животе лягушки перед ним предстали триста с половиной дальнейших страниц комикса Чарльза Бернса, и история заканчивается вовсе не на пустынном морском берегу, а когда одноклассники привели в себя упавшего без сознания Кита.

Collapse )
мир с книгой

Крепость Коулун / Коулунская крепость / Kowloon Walled City

В «Идору» Уильяма Гибсона есть потрясающий образ – Крепость – город хакеров в сети, цифровое прибежище свободолюбивых маргиналов, изумительный виртуальный Эльдорадо. Внешне Крепость выглядит, как дикое и хаотичное нагромождение кусков кода, скриптов, каких-то недоработанных изображений – будто монолитный ком всякого хлама. Уже во вступлении Гибсон рассказывает, что на его фантазию повлияли фотографии реальной Коулунской «крепости» (вернее Kowloon Walled City).
Крепость Коулун Коулунская крепость Kowloon Walled City Гибсон Идору
«– Они говорят, что все началось с общего килл-файла. Ты знаешь, что такое килл-файл?
– Нет.
– Очень древнее понятие. Способ уклоняться от нежелательной входящей корреспонденции. Килл-файл не пропускал эту корреспонденцию, она для тебя все равно что вообще не существовала. Это было давно, когда сеть была совсем еще молодая.
Кья знала, что, когда родилась ее мать, сети вообще не было или там почти не было, хотя, как любили говорить школьные учителя, такое даже трудно себе представить.
– А как могла эта штука стать городом? И почему там все так стиснуто?
– Кто-то загорелся идеей вывернуть килл-файл наизнанку. Ну ты понимаешь, это не то, как в действительности все было, а как это рассказывают: что люди, основавшие Хак-Нам, разозлились, потому что сперва в сети было очень свободно, можно было делать все, что ни захочешь, а потом пришли компании и правительства со своими соображениями, что тебе можно делать, а чего нельзя. Тогда эти люди, они нашли способ высвободить хоть что-то. Маленькую территорию, кусочек, клочок. Они сделали что-то вроде килл-файла на все, что им не нравилось, а сделавши, они вывернули его наизнанку».

Уильям Гибсон, «Идору»</p>

Настоящий же Коулун был интереснейшим артефактом китайско-британской дипломатии, с жутко запутанной административной историей. Изначально военный форт, после анклав, во второй половине двадцатого века – гротескный муравейник, кошмар перенаселения и криминальное государство из слепленных в ком многоэтажек.

От:
Крепость Коулун Коулунская крепость Kowloon Walled City Гибсон Идору

И до:
Крепость Коулун Коулунская крепость Kowloon Walled City Гибсон Идору

Не удивительно, что фотоснимки поразили воображение Гибсона. Во-первых, нелегко было поверить, что такое возможно. Во-вторых, Коулун идеально встраивался в систему образов писателя, все творчество которого подпитывается культур-шоком.
Крепость Коулун Коулунская крепость Kowloon Walled City Гибсон Идору

«– Крепость, – сказал Масахико, заметив направление ее взгляда. – А это моя комната. – Он перегнулся над столом и ткнул пальцем в одно из пятнышек. – Восьмой уровень.
– А там у вас что? – Кья указала на середину диаграммы.
– Черная дыра. В оригинале это было нечто вроде вентиляционной шахты. А ведь в Токио тоже есть черная дыра. Ты еще не видела?»

Уильям Гибсон, «Идору»
Крепость Коулун Коулунская крепость Kowloon Walled City Гибсон Идору

«…это место было таким же чужим и непонятным, как Крепость со всеми его окнами и закоулками…»
Уильям Гибсон, «Идору»
Крепость Коулун Коулунская крепость Kowloon Walled City Гибсон Идору

«– Крепость в сети, но ей не принадлежит. Здесь нет никаких законов, только договоренности», – пишет Гибсон, и в точности передает принципы, на которых базировалось социальное устройство города стен. Никаких «цивилизованных» отношений, все «только договоренности». С одной стороны, Коулун стал рассадником преступлений, проституции, наркомании. С другой, на внешних сторонах расцвели многообразием и количеством стоматологические клиники – услуги здесь были дешевле, но не менее качественными. Где-то я встретил воспоминания, что гонгконгцы часто ездили сюда, чтобы сэкономить на протезах.
Крепость Коулун Коулунская крепость Kowloon Walled City Гибсон Идору

В реальности, в 1994 году, после того, как Коулун перешел под полную юрисдикцию китайских властей, «язва» была уничтожена. На месте бывшего «темного пятна» разбит роскошный парк. Но Гибсон, наоборот, виртуальную Крепость, в конце своей книги, переносит в реальность. «Крепость растет. Взращивается. Из ткани берега, обломков и останков мира бывшего – мира, бывшего при прежнем порядке вещей. Из миллионов тонн хлама, ссыпанного сюда баржами и исполинскими грузовиками в ходе великой реконструкции. А теперь здесь суетятся крошечные жучки Родель ван Эрпа, суетятся, вознося железные клетки будущих комнат, бессчетные, беспорядочные окна, прорезающие серую пелену тумана девственно чистыми серебряными прямоугольниками. Продукт беспорядочного людского сошествия, чудовищный и великолепный, он воссоздается по образу и подобию своей вторичной, бесплотной версии».
Крепость Коулун Коулунская крепость Kowloon Walled City Гибсон Идору
Выше небольшой элемент схемы коулунского муравейника в разрезе. Хотите посмотреть детально? Пожалуйста. Оно того стоит.

Сегодня на месте этого:
Крепость Коулун Коулунская крепость Kowloon Walled City Гибсон Идору

Вот это:
Крепость Коулун Коулунская крепость Kowloon Walled City Гибсон Идору

Кстати, при демонтаже и разборах, сначала выселенного района, а затем на освободившейся площадке, китайские археологи нашли немало элементов того самого первого форта в прекрасном состоянии. Где-то они стали частью новых построек, где-то новые дома просто забрали их в «кокон».

Язва. Авгиевы конюшни. Черная дыра. Омут. Метастаза. И все же, чарующее место.
Крепость Коулун Коулунская крепость Kowloon Walled City Гибсон Идору

Подробнее об истории крепости Коулун можно прочитать здесь или в английском разделе Википедии, которая, все ж, таки прямая наследница гибсоновской «шизы».

http://happybookyear.ru
мир с книгой

День рождения Рэя Дугласа Брэдбери. 90, это вам не хрен собачий

Если есть телефончик – звоните, поздравляйте юбиляра!

- Скажите, вас уже разрешено поздравлять?

Рэй Брэдбери: – (Cмеётся.) Подождите немножко. Знаете, а девяносто лет – это вовсе не так круто, как я думал раньше. И дело не в том, что я езжу по дому в кресле-каталке, застревая на поворотах… Сотня просто звучит солиднее. Представьте себе заголовки во всех газетах мира – «Брэдбери исполнилось сто лет!». Мне сразу выдадут какую-нибудь премию: просто за то, что я ещё не умер.

- В 1950 году вы написали книгу, принёсшую вам всемирную славу, – сборник рассказов «Марсианские хроники». Там говорилось: уже к началу второго тысячелетия на Марсе будут поселения, целые города землян. Как вы думаете, почему этого в итоге так и не произошло?

Р. Б.: – Меня часто про такое спрашивают, и я люблю фантазировать над ответами. Чтобы они были разными! Ответ сегодняшнего дня: потому что люди – идиоты. Они сделали кучу глупостей: придумывали костюмы для собак, должность рекламного менеджера и штуки вроде айфона, не получив взамен ничего, кроме кислого послевкусия. А вот если бы мы развивали науку, осваивали Луну, Марс, Венеру… Кто знает, каким был бы мир тогда? Человечеству дали возможность бороздить космос, но оно хочет заниматься потреблением – пить пиво и смотреть сериалы. Вы особенно не обращайте внимания, это старческое брюзжание (смеётся) – мне же скоро сто лет.

«AиФ»: – Зато вы вполне можете назвать себя пророком. В вашем романе «451 градус по Фаренгейту» описывается общество, где народ одержим потреблением, массовой культурой, а книги уничтожаются – их жгут особые команды, называемые «пожарными». Я эту книгу прочитал раз двадцать. Сбылось всё. Ну почти всё… Потребление в XXI веке – это новая религия, а книги читают всё меньше. Это как бы немодно.

Р. Б.: – О, я тоже часто об этом думаю. Написал однажды страшную сказку, а она взяла и обернулась реальным кошмаром. Есть ощущение, что книги умирают. Всё же электронный носитель – это совсем не книга. Для меня мир библиотеки был джунглями Амазонки, которые могли укрыть человека с головой, захватить его шелестом страниц, укутать интересными историями. От монитора всего этого не получишь, там лишь сухой текст, без запаха бумаги – выхолощено, никакой теплоты. Впрочем, опять брюзжу (смеётся). Да что это со мной? Наверное, я самый консервативный писатель-фантаст в мире. Вы слышали, дорогой сэр, какие ужасные обо мне ходят легенды?

«AиФ»: – Минуточку, я сейчас перечислю. Вы не умеете водить автомобиль. Вы не пользуетесь компьютером. Вы не летаете на самолётах. Романы печатаете на пишущей машинке. Да, и у вас нет высшего образования.

Р. Б.: – После этого я добавлю – любые технические новшества вызывают у меня панику. Я их попросту ненавижу. Нет, лифт ещё нормально, правда, мне в доме он не нужен. Я бы не отказался, конечно, от личного космического корабля, но только в том случае, если его подарят вместе с командой и ящиком снотворного. Принял таблетки – и спи по дороге на милый Марс.

Земля в депрессии
«AиФ»: – Ещё меня удивляет вот что: вы – самый успешный в мире писатель-фантаст. В то же время живёте более чем скромно – маленький домик, никакой охраны, каждая комната завалена книгами, бумагами, рукописями. Такое впечатление, что вы создали себе собственный мир.

Р. Б.: – О нет, я вас обманул. Вы видите вон ту мумию Тутанхамона? (Брэдбери показывает на сувенир из Египта). Она огромной ценности (смеётся) – я украл её из музея в Каире! Ладно-ладно. Я всегда считал, что труд писателя стоит денег. В СССР издавали «Марсианские хроники», но мне не дали ни рубля. А я очень люблю рубли! (Смеётся.). Хотя я не поклоняюсь деньгам. У меня глаза на лоб лезут, когда человек, заработав миллион, покупает дорогую машину «Порше», обзаводится охраной и прекращает здороваться с соседями. Мне нужен минимум. И тут вы правы, мой мир – старый дом, по самую крышу заваленный книгами, а выезд оттуда – это как для вас съездить за границу. Зачем? Я же фантаст. Просто закрою глаза и уже вижу себя на Марсе.

«AиФ»: – Какой ваш самый интересный вывод за девяносто лет жизни?

Р. Б.: – То, что всё в этом мире повторяется. Моё детство пришлось на Великую депрессию, а глубокая старость – на крутой финансовый кризис. Ты смотришь в будущее и видишь там причудливые планеты, новые космопорты и машины, летающие по воздуху, а заканчивается всё падением доллара на бирже. Но не стану врать: долго жить интересно. Плохо лишь то, что я пережил дорогих мне людей. Моя жена Маргарет умерла семь лет назад, а не будь её – я никогда не стал бы писателем. Первые годы меня никто не хотел печатать, она же верила, говорила: «Ты будешь знаменитостью». Теперь меня называют живым классиком. Не могу сказать, что мне это нравится, но определённо звучит лучше, нежели «мёртвый классик».

Фантастика мутирует
«AиФ»: – Можно ли сказать, что фантастика в XXI веке мутировала? Когда я читаю современные книги, вижу на страницах шоу: перестрелки, спецэффекты. Но при этом мало мыслей и ещё меньше философии.

Р. Б.: – Да, и эта мутация довольно странная. В моё время фантастика была увлечена будущим – вот откроются новые миры, полетят звездолёты, люди освоят другие планеты, которые, возможно, населены разумными существами. Сейчас больше пишут про апокалипсис: цивилизация уничтожена в ходе ядерной войны, Землю заселили кровожадные зомби. Наверное, население Земли находится в перманентной депрессии – если будущее видится только таким и каждый в своём друге подозревает врага…

«AиФ»: – Ну, вы сами сказали, что всё в мире повторяется. Цивилизация пошла на второй круг – может, она возвращается к первобытному состоянию? Тогда впереди охота на мамонтов и война с помощью дубин.

Р. Б.: – Что ж, если так – значит, нас ожидает новый Юлий Цезарь, новая инквизиция и новое монгольское завоевание. Но зато и новый Леонардо да Винчи, новые Толстой и Достоевский и новые полёты в космос… Надеюсь, хоть на этот раз мы не упустим шанс основать свою колонию на Марсе. А пока я делаю то, что мне хочется, – печатаю на машинке очередную книгу.

«AиФ»: – Спасибо от всех читателей «АиФ». Последний вопрос: в 2020 году вам исполнится сто лет. Уже можно записываться в очередь на интервью?

Р. Б.: – (Смеётся.) Конечно. Я уверен: за это время с вами ничего не случится!

Очень я не люблю «АиФ», а вот, надо же, опубликовали интервью с «новорожденным».
Интервью так хорошо, что я его полностью утащил к себе. А ссылка на оригинал вот:
Читать деньрожденьевское интервью с Рэем Брэдбери

http://happybookyear.ru